Стих касимовского поэта


По великому праву любви (Об Ольге Касимовой)
ОЛЬГА СТЕПАНОВНА КАСИМОВА

(1929-2001)
(Очерк из книги «На грани веков» был написан и издан при жизни поэта Ольги Касимовой)
Нелёгкий жизненный путь, начиная с опалённого военными взрывами детства, раннего сиротства, тяжёлого подросткового труда на совхозных полях, овладения буквально всеми рабочими профессиями, связанными с автотранспортным делом – всё это в судьбе и стихах поэта Ольги Касимовой, выбравшей литературный псевдоним «Ст. Полынко».

Что в нём? Горькая доля? Полынный привкус астраханских степей? На эти и другие вопросы отвечают лирические строки человека интереснейшей биографии, автора
четырёх поэтических сборников и множества песен, чуткой и отзывчивой русской женщины Ольги Степановны:
Степь волшебная, степь весенняя,
Кружишь голову от цветения.
Маков цвет ты мой, Степь-Степановна,
И Полыновна, и Тюльпановна.
У всех к искусству дороги разные. Одного ведёт жажда славы, другого приводит беда, боль, третий начинает говорить в рифму с раннего детства. Ольга Касимова о начале своего литературного пути рассказывает так: «В детстве, уже оставшись без матери, я жила с отцом и мачехой в Мещёрске, краю живописном, воспетом многими мастерами слова. Помню ближние дубравы, сосновый бор, луговые ласковые травы и удивительные, в самом деле звенящие фиолетово-лазоревые колокольчики, не уступающие по красоте своей холёным гладиолусам. Возможно, толчком к сочинительству стало детское общение с природой.

«Стихотворная стихия», изобретение новых словечек, страсть к слову – с детства. Откуда – не знаю. Наверное, от среды общения – рядом с книгами, разными по своей сути людьми, которых довелось встретить. Появляющимся иногда строчкам я не придавала значения. Ведь, скажем, у Пушкина, Лермонтова был божественный, неземной дар, и творили они в окружении заоблачных ангелов – таково было моё убеждение о рождении поэзии… А я что? Слишком земная в жестокой прозе жизни своей».
С этим можно согласиться лишь отчасти. Поэтов «слишком земных» не бывает. Ольга Касимова пишет стихи сердцем. По её собственному признанию чувствовать касимовского она научилась раньше, чем читать. Детство у неё было нелёгким, как у всего военного поколения. Она родилась 27 февраля 1929 года в семье выпускников Саратовского университета. Из-за дворянского происхождения матери в девятимесячном возрасте осталась на попечении бабушки Васильевны – матери отца, в отдалении от губернского центра. Отцу пришлось оформить вынужденный развод, чтобы сохранить дочь в России, а не в Средней Азии, куда была сослана её мать. А в 1931 году папа привёл в дом мачеху. Девочке тогда был год и девять месяцев, эту «подмену» она встретила бурной истерикой, провалилась сквозь донышко ивовой плетёной кроватки, зацепилась за гвоздочек и распорола себе кожу. Шрам остался навсегда. Сколько их, таких шрамов, на телах и в душах поколения, рукой бесчинствующего нехристя оторванного от материнской груди!
Однако, несмотря на жизненные невзгоды, в детской ранимой душе тяга к высокому окрепла. «Моего отца постоянно перебрасывали с одного «руководства» на другое – на организацию колхозов, совхозов, МТС», – вспоминает Ольга Степановна. Из Саратовской губернии семья попала в Сталинградский край и в тридцать четвёртом году оказалась во Владимировке (ныне Ахтубинск).
Тогда-то девчушке до слез захотелось ходить в школу с книжками и тетрадками. Она постепенно привыкла к новой маме, которая работала учительницей в начальной школе и хотела подражать хотя бы её ученикам. Отец в то время заведовал Владимировским районо и упросил директора школы в виде исключения допустить пятилетнюю девочку, как «вольного слушателя», где-то в середине учебного года в первый класс. Она уже свободно читала детские книжки, знала наизусть «Букварь», страшно мазала тетрадки восемьдесят шестым перышком, ставя кляксы и до пят утопая в фиолетовых чернилах.
Но к весне догнала своих законновозрастных однокашников и умудрилась перейти во второй класс с похвальной грамотой. И только в войну оценки в классном журнале перемежались с хорошими и не очень из-за пропуска уроков «за ради кусков и корешков» и хождения пешком в город в больницу к маме, которой они с младшим братом всегда старались помочь, чем могли:
Её второклашек мы не по годам
Пограмотней были, построже.
И, что бы она ни доверила нам,
С великим усердьем поможем.
Проверим стопу – за тетрадью тетрадь.
Не хнычем о хлебе с рассвета.
Мы очень боялись расстраивать мать,
Отцовские помня заветы.
С апреля до декабря дети работали в поле, падая от усердия и голода. Совсем девчонкой, начиная с сорок первого года, Ольга работала в сёлах Новая Кучергановка, районных центрах Палласовка и Шатлы на сельхозработах. Почти всё население эвакуировалось, разбомбили завод имени Ленина и нефтебазу на Ильинке, всё горело неделю, повыгорела половина каменных домов, от постоянных бомбёжек спасались в бомбоубежище. 21 июня 1941 года был выпускной бал в средней школе № 53, где директорствовал отец Ольги, Степан Гудков. Разошлись около четырёх утра. А в понедельник 23 июня директор школы Гудков ушёл в военкомат с просьбой зачислить его в ряды добровольцев. Он был командиром роты и погиб в Ростовской области при защите села Колесниково.
Всё пережитое той военной порой Ольга Касимова позже выразила стихами: «и вдруг ворвётся зло и грозно в сон детства чёрная война, закроют небо бомбовозы, и оборвётся тишина». И таких строк в её творчестве немало. Вот стихи о том, как, получив на отца похоронку, они с братом долго скрывали его гибель от матери:
Чтоб страшную тайну не выдать при ней,
Когда её не было дома,
Ревели с запасом на множество дней
Взахлеб в этом горе огромном.
Не вышло на фронт – воевать за отца –
Детишкам война не по росту!
Но местью горели ребячьи сердца,
Зажжённые праведной злостью.
В том не было толики нашей вины –
Войну поджигали не дети.
Что выдумать можно глупее войны
На самой разумной планете?
Трудовой путь Ольги Касимовой тоже был не из легких. В голодные послевоенные годы она заведовала районной избой-читальней в Аркадаке Саратовской области. Ей пришлось овладеть такими неженскими профессиями, как слесарь-инструментальщик, диспетчер, автомеханик, изучить, пожалуй, все специальности, связанные с автотранспортом. Её учителями по вождению были шофёры военного поколения, доехавшие аж до Берлина. Училась Ольга Степановна в Горьковском автодорожном техникуме с личного ходатайства министра автотранспорта – женщин на механическое отделение в то время не принимали, хотя работать в этой сфере им не запрещалось. Шофёрскую профессию Касимова называет «работой по любви», вспоминая в неопубликованной повести «Славка», как гордо ехала на трёхтонке по улице Советской, сворачивая на Кирова, мимо почтамта – так она получала водительские права. В её недевичьей работе было больше суровых будней, чем романтики – однажды она уходила под волжский коварный лёд с головой и машиной вместе, и тем не менее то трудное время вспоминается с гордостью:
Без отдачи, процентов, доплат
Труд мужской занимала
У вчерашних усталых солдат.
Разве фронта им мало?
Если б чуду стрястись –
я, как вспять, –
В тех дорог вереницы.
Как бывало тогда, как опять…
Мнe – другой не родиться.
Война сломала мечту юности: Ольга хотела стать пианисткой, несколько лет училась музыке. Позже сама возвращалась к ней, работая сторожем в Доме культуры, где по ночам в её распоряжении было два роскошных немецких беккеровских рояля и три пианино. Романтически настроенная душа всегда стремилась к творчеству.
При Доме культуры завода имени III Интернационала Касимова работала сначала вахтёром, затем стала одним из организаторов музея истории завода. В ДК имени Коминтерна образовался свой театр, в то время довольно известный в области, его актёры, а в их числе была и Ольга Касимова, знакомили земляков со сцены драматического театра имени С. М. Кирова с «Вольным ветром» И. Дунаевского. Позже Касимова окончила Астраханское культпросветучилище по специальности «режиссёр театрального коллектива». Не раз и не два она организовывала встречи молодых поэтов из литературной студии «Моряна» с читателями, и многие из них до сих пор вспоминаются участниками, как праздник, готовила для телерадио «Лотос» постоянные авторские передачи «Земля – моя радость» и «Интересные встречи» – о клубных коллективах, одержимых творческим трудом людях.
Что судьбу гневить, душу мучая?
Что греха таить – я везучая!
На горючую, несусветную
Мне везёт на любовь безответную!
Беззаветную, терпеливую…
Не зовите меня несчастливою! –
признаётся в стихах поэт, чья литературная судьба складывалась, как и всё в жизни, очень непросто. Начиная с шестидесятых годов, стихи Ольги Касимовой появлялись практически во всех астраханских газетах, в семидесятые публиковались в столичном альманахе «Поэзия», в коллективном сборнике «Рукопожатие», изданном в 1976 году в Волгограде.
А когда в журнале «Крестьянка», выходившем огромным тиражом, как в нашей стране, так и за рубежом, появилось стихотворение «Вечная весна», Ольге Степановне посыпались письма буквально со всех уголков бывшего Союза и стран Народной Демократии – писали из Крыма, с Сахалина, отозвался композитор из Архангельска, и стихотворение стало песней, откликнулись две болгарские поэтессы, с одной из которых – Викторией Геновой – переписка длилась полтора десятилетия, в результате чего стихи российского поэта зазвучали по-болгарски на софийской радиостанции имени Христо Ботева. После публикации подборки стихов в саратовском журнале «Волга» к Ольге Степановне начали приходить письма из мест лишения свободы, несмотря на то, что заключённым разрешалось писать лишь раз в месяц. Один случайно оступившийся парень прислал Касимовой целую поэму, она обратилась с прошением в министерство, и парню скостили пять лет. Задушевность слова и действенная сопричастность к людским судьбам – вот отличительная черта поэта и человека Ольги Касимовой, для которой самое главное – желание быть понятой – воплотились и в добрых делах, и в светлых лирических строках:
Всё так ярко и ново
Только от одного:
От сердечного слова.
Больше – ни от чего.
Человек чистой, открытой для других души, Ольга Степановна встречала отзывчивость: её стихи неединожды публиковались в журнале «Золотой век», редактор которого Владимир Жулёв написал Касимовой, что, читая её стихи, он испытывает радость за сохранившуюся, несмотря ни на что, красоту русского языка.
Однако путь к первому сборнику «Спасибо вам…», вышедшему в 1990 году, был долгим. Касимова не рвалась в профессионалы, «за других подраться могла, за себя не умела». Воистину «с добрым сердцем, душой терпеливой жить на свете куда тяжелей». В начале девяностых годов газетой «Гуманитарный фонд» Академии наук СССР был проведён конкурс на лучшее четырнадцатистишие.
Касимова вошла в финальную десятку в рубрике «Неизвестное имя». Обещали издать её отдельный сборник, но распался Советский Союз. Зато появилась возможность самой найти спонсора и бумагу. С изданием первой книги поэту помогли редактор газеты «Горожанин» Герман Коломенко и директор производственного объединения «Астраханьбумпром» Юрий Родионов, вместе с которым последние годы работала Ольга Степановна. В названии сборника выражена благодарность за помощь в издании этим добрым людям и читателям, в чьих сердцах стихи Касимовой неизменно получают добрый отклик.
В рецензии на вторую книгу «По праву любви», вышедшую в 1994 году, поэт фронтового поколения Сергей Панюшкин писал о творчестве Ольги Касимовой: «Мы отвыкли в тревожных и раздрайных буднях от такой поэзии. Касимова ведёт нас к незамутненному ерику и пробуждает дремлющее чувство доброго. Гармоничен этот путь: от природы к человеку. Сие есть мудрость бытия, суть поэзии», – в этих строках видится призыв к поколению, которое идёт следом, черпать нравственный опыт из творчества старших, чтить традицию и преемственность астраханского живого слова. Поэтому вполне справедливы строки о творчестве Ольги Касимовой, сказанные в предисловии к антологии астраханской поэзии «Где Волга прянула стрелою» её составителем Галиной Подольской. «Стихи О. Касимовой – это всегда чувства и мысли в неразрывной связи с землёй и небом, с морем и ветром, с деревьями и травой, спокойные раздумья о жизни, горе и радости земной, о вере в доброе начало наше, доброе – в каждом, ибо мир сотворён «по праву любви».
С подборкой стихотворной лирики под просторным волжским названием «Парус всех надежд», посвящённой четырёхсотсорокалетию Города Любви, Ольга Касимова стала лауреатом городского телевизионного конкурса на лучшее литературное произведение в честь юбилея родной Астрахани. Касимову называют самым песенным поэтом нашего города – на её стихи написали проникновенные песни более двадцати композиторов, среди которых наши земляки Анатолий Гладченко, Исай Пиндрус и Анатолий Бочкарёв; московский композитор Борис Емельянов включил две песни Касимовой в свой компакт-диск, одна из которых – «Танго на костре» в июле 1999 года заняла первое место в конкурсе песен радиостанции «Маяк». В комплекте подарочного набора открыток с видами старой и новой Астрахани стихи Ольги Касимовой соседствуют с фотоснимками роскошных белых теплоходов:
Ты мой восторг, моя твердыня
И бренных жил родная кровь.
Моя ты гордость и святыня,
Моя нетленная любовь.
И скорбь, и память, и живое,
И цвет апрельский, и жнивьё.
Росток и древо вековое,
Исток и устье ты моё.
Пои зелёными дождями
Вперёд летящие века,
Звени и волнами, и льдами,
Не иссякай, моя река, –
обращается автор к любимой Волге. И если уместно в отношении поэта выражение «исконно астраханский», то более, чем к кому-либо другому подходит оно к Ольге Касимовой. Началом и концом всех своих дорог выбирает она старый причал – свой дом, порог и берег.В её творчестве знойные степные порывы пыльного вихря усмиряются живительной волжской влагой. Всё это находит отражение в стихах из третьего сборника поэта «Прощёный день», изданного в 1999 году в серии «Библиотека астраханской поэзии».
Астраханская душа неумолимо тянется к светлому роднику – поэзии Ольги Касимовой:
Мне с каждым часом всё дороже
Всех славных мест, что знаю я –
Столица Нижнего Поволжья,
Святыня нежная моя.
Именно столицей, средоточием всех больших и малых дел считает свой родной край Касимова, начисто лишённая провинциальных комплексов, присущих стольким «недовоспетым» поэтам российских глубинок. И не устаёт благодарить свою землю за всё ей присущее – «за миражи, за ветры, за туманы, за новь и за седую старину, за грешные весенние дурманы, за волжскую певучую волну…» В касимовских стихах о любви – жертвенность и самоотверженность, стремление «не погасить чужого света», в котором «чья-то боль неизменно жива.» В авторском арсенале поэта – книга мудрой философской лирики «Весенняя звезда». И верится, что впереди у Ольги Касимовой – долгие и счастливые годы творчества под парусом надежды на обретение понимания вдохновенных читательских сердец:
Лишь бы ждал меня твой парус!
Остальное – ну и пусть…
Ничего не испугаюсь,
Никого не забоюсь.
Прилечу к тебе, мой нежный,
Я иначе – не смогу.
Лишь бы ждал меня твой парус
На заветном берегу.
На грани веков: Очерки. - ISBN 5-85320-321-5, Астрахань: Астраханское отделение Союза писателей России при Участии астраханского отделения Литературного Фонда России, 2000.- 208 стр. Рекомендовано Астраханским отделением Союза Писателей России в качестве учебного пособия по литературному краеведению.


Источник: https://www.chitalnya.ru/work/909697/


Закрыть ... [X]

Музыкально-литературная гостиная «Поэты-земляки» для детей. - Маам. ру Приглашение на танец невесты с отцом


Стих касимовского поэта Ольга Степановна Касимова Родное Слово ЖИЗНЬ, ЧТО РАССКАЗАНА СТИХАМИ
Стих касимовского поэта Среди касимовских поэтов (Александр Викторович Биошев) / Стихи. ру
Стих касимовского поэта Рязанский поэт! Не для мужчин Касимовский поэт Николай Голубош!
Стих касимовского поэта По великому праву любви (Об Ольге Касимовой) Проза (Очерк)
Стих касимовского поэта Среди касимовских поэтов Литсайт. ру Новые стихи
Стих касимовского поэта Стихотворение «Касимов поэт Савинов Геннадий
Стих касимовского поэта Про город Касимов Орлуша Поэзия. И не только
Касимовские литераторы ArtOfWar. Мейсон Роберт. Цыпленок и ястреб «Сонник Гости приснились, к чему снятся во сне Гости» ВТЖТ -филиал РГУПС Гомер. Илиада

Дата: 10.12.2017, 14:53 / Просмотров: 94285